Home Детское здоровье Доброе сердце. И тогда победа будет полной!

Доброе сердце 300x200  Доброе сердце. И тогда победа будет полной!Больничная палата, операции, болезненные процедуры — через все это проходит ребенок, борющийся с тяжелой болезнью. И это длится месяцы, а иногда и годы. Как ему, победителю, помочь потом вернуться к обычной ребячьей жизни, поверить в себя, вновь научиться радоваться?

Специалисты говорят: даже при самых благоприятных обстоятельствах на возвращение «из болезни» уходят два долгих года. Которые тоже не сахар. Но детям можно помочь значительно сократить этот путь. В Европе, например, давно это делают. Там сегодня работает достаточное количество реабилитационных центров, есть методики и программы, есть специалисты… Между тем в России, по статистике, диагноз «рак» ежегодно ставят от 10 до 12 тысячам мальчиков и девочек. Другая статистика, более оптимистичная: примерно 75% из них выздоравливают. А что дальше? Некоторым счастливцам удается пройти реабилитационный курс за границей, удел остальных — двухлетняя борьба, зачастую один на один, со своими страхами и комплексами. И не всегда победа оказывается полной и окончательной. К счастью, ситуация меняется. Очень скоро в живописном месте Владимирской губернии вырастет большой современный реабилитационный центр. Строительство близится к завершению. И будет этот центр лучшим в мире. Михаил Бондарев обещает.

«Мы денег с детей и их родителей не берем»

Кто он, этот человек? Успешный бизнесмен, который уже 10 лет занимается благотворительностью, а 2 года назад создал благотворительный фонд реабилитации детей, перенесших тяжелые заболевания, «Шередарь» (по названию реки, что протекает в том самом живописном месте). Михаил говорит, что все сложилось удивительным образом: районные власти предложили ему как главе компании освоить пустующие земли. Без всяких взяток, просто благодаря хорошим отношениям. А когда возникла идея построить здесь первый в России подобный реабилитационный центр, сразу нашлись люди, которые идею горячо поддержали. И какие люди! Это Вера Миллионщикова, основатель Первого московского хосписа, Галина Чаликова, создатель фонда «Подари жизнь», актриса Чулпан Хаматова… Поскольку на этой земле стоял недостроенный когда-то санаторий, его привели в порядок, и в лагерь уже приезжают дети. Смена — 8 дней. Здесь их ждут опытные педагоги, врачи, волонтеры. А также множество развлечений и полезных занятий: верховая езда, стрельба из лука, танцы, освоение азов фотоискусства…

Михаил, одна смена в лагере заканчивается и начинается другая?

Нет. Была в июне программа, следующая будет только осенью. Понимаете, мы денег с детей и их родителей не берем. Но нам пока мало помогают. А ведь надо и строительство вести, и конференции проводить — и все фактически лишь на деньги той компании, которую я возглавляю. А этот источник не безграничен: нельзя только тратить, надо еще и зарабатывать. Когда люди начнут нам как следует помогать, мы будем принимать больше детей, чаще проводить программы. Пока вся прибыль компании плюс часть моей зарплаты идут на детскую реабилитацию, на конференции (на них мы приглашаем специалистов онкоцентров и представителей благотворительных организаций, а также лучших зарубежных и российских экспертов в области реабилитации). Живу я скромно, машина у меня российской сборки, хотя и иностранного лейбла — «Фольксваген». Одеваюсь я просто. По заграницам езжу только по работе. Так что могу себе позволить.

Вы говорите, что ваш центр станет лучшим в мире. По каким показателям? Инфраструктура будет лучше или что-то другое?

Самое главное — люди. Команда. И мы сейчас, с моей точки зрения, создаем самую лучшую в России реабилитационную команду. Хвастаюсь. А второе — конечно, инфраструктура. Медицинский центр, кафе. В столовой должны работать очень профессиональные повара, потому что детишки приезжают с аллергиями, еще с чем-то. И врачи должны быть самые лучшие, потому что за нашими подопечными нужен уход, они ослабленные после болезни, легко простужаются, и косточки, к сожалению, бывают хрупкими.

«Они видят смерть, им делают больно…»

Какая атмосфера царит в лагере?

Радостная. Правда, мамы всегда переживают и чуть не плачут, отпуская к нам своих детей. И мне так приятно видеть, как они встречаются после программы, когда ребенок преобразился до неузнаваемости, оба совершенно счастливые! Методики у нас разные. Но важно учитывать, что ребенок в больнице подвергался жесткому насилию, постоянно переживал стресс. Он ведь, как ни тяжело говорить, даже не знал, выживет или нет. Иногда, чтобы сберечь родителей, такие детишки стараются скрыть диагноз. «Маме не говорите, чтобы она не знала, что я могу умереть». Они видят смерть рядом, им делают больно, их изолируют… После этого их надо вернуть к нормальной жизни — дать почувствовать, что они не хуже других, что они крепкие, сильные, смелые, могут играть в футбол, кататься на велосипеде. С нашей программой мы буквально за 8 дней их возвращаем в строй.

Волонтеры, которые работают с детьми, знают их диагнозы?

Им этого знать не надо. На 30 детей у нас 30–35 волонтеров. Это люди, которые берут отпуск на работе, за свой счет приезжают в Москву. У нас не получают ни копейки денег. Мы их встречаем в Москве с автобусом, привозим к нам в Центр. И неделю они готовятся к программе: проходят тренинги, знакомятся друг с другом. Большая часть остается, кого-то мы просим уехать, говорим: вы пока не готовы. И волонтеры, прошедшие обучение, потом занимаются с детьми. Для них это очень-очень тяжелая работа. Они целый день с детишками, а наши подопечные бывают и с сильными эмоциями, и с физическими проблемами. Был, например, у нас мальчик без ноги, другой — незрячий. И с ними надо заниматься, причем так, чтобы эти дети ни в коем случае не чувствовали себя отличными от остальных. Они должны быть в коллективе, вместе с остальными ребятами.

А вы задавали этим людям вопрос, зачем они взваливают на себя такое?

Когда у американского актера Пола Ньюмана (а он один из первых начал создавать реабилитационные центры) спрашивали: «Зачем вы занимаетесь благотворительностью?» — он отвечал: «Что вы меня спрашиваете? Лучше спросите у тех, кто этим не занимается, почему они так поступают. Я не могу понять, как жить и не помогать другим людям». И наши волонтеры тоже открыли эту радость. На белом свете, поверьте, очень много хороших, добрых людей. Вот ваш журнал тоже, можно сказать, волонтер — без денег будет нам помогать. Спасибо вам большое… Я даже скажу, что наша программа важна не только для детей, но и для волонтеров, которые понимают, что нужны этому обществу, что кроме денег есть иные ценности. И они действительно уезжают от нас другими людьми. Те волонтеры, которые прошли уже несколько программ, беру на себя смелость утверждать, уже по-другому смотрят на жизнь. Они становятся более мудрыми, более опытными, научаются отделять главное от второстепенного.

Это люди какого возраста?

Волонтерский возраст, по-моему, от 20 до 70 лет. У нас в основном молодежь. И в основном девушки. Поэтому мы приглашаем юношей на волонтерскую программу. К нам приезжают и сорокапятилетние и пятидесятилетние волонтеры. Некоторые что-то очень хорошо делают руками и могут вести кружок. А в июне волонтерами у нас были ребята из Русской ассоциации организаций спортивной гребли. Вся команда. И они сделали байдарочный курс для детишек. Надо было видеть детей, как они радовались, как это было классно!

«Сначала люди должны помогать тем, кто рядом»

Как о вас узнают? Через сайт?

Очень редко кто выходит на нас через сайт. Чаще — через благотворительные организации, которые помогают таким детям, или по совету лечащего врача. Потому что, если мама просто прочитает о фонде «Шередарь», у нее все равно будет какое-то недоверие. Поэтому хочу сказать: прежде чем посылать ребенка на реабилитационную программу, поговорите с другими мамами и их детьми, уже побывавшими в аналогичных лагерях в нашей стране и за рубежем. И тогда к нам приедете уже без сомнений.

Наша программа важна не только для детей, но и для волонтеров. Через год здесь будет кипеть жизнь, звучать детский смех… Преодолеть страх, вернуть уверенность в себе помогут мудрые взрослые.

Настоящий карнавал! Можно ли было об этом мечтать в больничной палате? Я не могу понять, как жить и не помогать другим людям. Научиться попадать в цель — важная жизненная наука. Реку Шередарь и поход на байдарках дети запомнят надолго!

Стройка века

Михаил Бондарев надеется, что минимум сто лет реабилитационный центр во Владимирской губернии будет расширяться и служить детям…

26 домиков, кафе и административный корпус, построенные из экологически чистых материалов, уже стоят. В июне 2015 года лагерь начнет жить. Я надеюсь, что мы сможем проводить больше программ (сейчас удается лишь 3 в год) и принимать большее количество детей (пока — лишь 45 человек). По статистике же, в России в реабилитации нуждается до 10 тысяч детей в возрасте от 7 до 13 лет.

Оставить комментарий


*